Если в первой части участники дискуссии рассуждали о том, жив ли сегодня уличный паркур, то теперь разговор становится более предметным. Почему выпускники современных залов не всегда уверенно чувствуют себя на городских спотах? Можно ли вернуть прежнюю жизнь уличным тренировкам и нужно ли это вообще? И самое главное — какой путь сегодня выбирают сами опытные трейсеры: бетон, гимнастический зал или сочетание двух миров? Ответы оказались гораздо менее однозначными, чем можно было ожидать.
Почему воспитанники залов теряются на улице?
Одним из камней в огород современных паркур-школ звучит так: спортсмены, уверенно чувствующие себя в зале, зачастую оказываются беспомощными в реальной городской среде. Однако сами атлеты предлагают посмотреть на эту проблему значительно шире. По их мнению, дело далеко не всегда в зале — гораздо важнее, как именно строится подготовка и чему человек учится во время тренировок.
Титов убежден, что связывать эту проблему исключительно с уличной средой ошибочно. По его мнению, вопрос не в покрытии или препятствиях, а в уровне концентрации спортсмена. Если человек привык тренироваться осознанно, он не потеряется ни в зале, ни на незнакомом споте.
«Если правильно тренироваться, то никто нигде ничего не теряется. Всё зависит от того, что именно ты тренируешь в зале. Есть такой момент, когда ты немного привыкаешь к мягким условиям. Где-то тебе становится спокойнее, где-то ты уже не так напрягаешься. А на улице приходится быть в напряжении всегда. И тут скорее вопрос в том, что человек в целом расслабляется. А этого быть не должно. Во время тренировки ты должен постоянно быть собранным и понимать, где ты находишься, что ты сейчас делаешь. Это имеет очень большое отношение к осознанности. Многие просто неосознанно что-то делают на автомате. В зале, по большому счету, вообще можно не думать. А вот на улице думать надо всегда. Твое главное оружие — мозги. Поэтому дело даже не в улице. Еще раз говорю: дело в осознанности».
С тем, что проблема существует, но объясняется иначе, соглашается Арчи. Он считает, что растерянность на новом споте — естественная часть развития любого трейсера. Паркур, по его мнению, прежде всего строится на способности быстро адаптироваться к незнакомой среде, а этот навык невозможно приобрести без регулярных тренировок на улице.
«Проблема зала заключается в том, что, как бы сильно ты ни придумывал, большее количество препятствий статично и всё достаточно однообразно. На улице, на спотах (особенно которые ты видишь впервые), чаще всего приходится адаптироваться. И вообще, я считаю, что паркур — это про адаптацию. Тот, у кого это умение развито на максимум, чаще всего и выступает на соревнованиях отлично, и чувствует себя на спотах превосходно, и в любом другом новом зале может делать невероятные вещи. Поэтому, чтобы не теряться на улице, нужно как можно чаще приходить на споты, включать голову и развивать адаптацию».
Похожую мысль высказывает и Скита, который обращает внимание, что с трудностями на новых спотах сталкиваются даже опытные спортсмены. По его словам, это не показатель слабой подготовки, а обычный процесс поиска новых задач и привыкания к незнакомому месту.
«Открою секрет, даже сильные ребята иногда теряются на уличных спотах. Пока не видят своих целей там и не привыкнут к месту, чтобы придумать что ни будь интересное именно для себя. Это нормально, вопрос погружения.»
При этом Дима Бойко предлагает вообще отказаться от противопоставления улицы и зала. По его мнению, гораздо важнее фигура наставника, который помогает спортсмену увидеть возможности пространства и выстроить тренировочный процесс. Именно наличие опытного тренера, считает он, позволяет молодым атлетам прогрессировать значительно быстрее предыдущих поколений.
«Сложно придумать связку того же качества, когда тебе её ставит атлет с многолетним опытом. Улица или зал — это уже не имеет значения, главное — есть ли рядом наставник. Но у нас и такой возможности не было — работать с опытными и заинтересованными людьми. Отсюда и быстрый рост молодых атлетов. Конечно, они придут к своему стилю, своему вкусу, своему ритму. Пока они идеально исполняют задумки своих мастеров, и это дает им возможность делать невероятные вещи. Это дорогого стоит».
Коротко, но предельно ясно свою позицию обозначает Зелимхан. Для него сама постановка вопроса выглядит излишней: если улица — конечная цель тренировок, то рано или поздно каждый трейсер должен научиться чувствовать себя в ней уверенно.
«Улица — это то, ради чего мы тренируемся. Если ты тренируешься исключительно в зале, то ты просто гимнаст».
Можно ли вернуть жизнь на уличные споты?
Несмотря на разные взгляды на современный паркур, большинство собеседников сходятся в одном: улица продолжает оставаться важной частью дисциплины. Однако отвечая на вопрос о том, как вдохнуть новую жизнь в городские споты, каждый предлагает свой путь — от организации массовых мероприятий до личного примера опытных атлетов. Впрочем, нашелся и тот, кто убежден: вмешиваться в этот процесс вовсе не стоит.
Ароян считает, что возвращать интерес к улице нужно прежде всего через события, которые объединяют сообщество. По его мнению, именно совместные тренировки, соревнования и пример известных спортсменов способны вновь сделать уличный паркур привлекательным для молодежи.
«Я думаю, что не хватает стрит-джемов, возможно, соревнований на спотах, а также продвижения уличных спотов в моду со стороны известных атлетов, так как сейчас у них большая часть контента — из зала».
Развивая эту мысль, Скита говорит уже не столько о самих мероприятиях, сколько об атмосфере, которую они создают. По его мнению, именно живое общение и совместные тренировки становятся тем самым опытом, благодаря которому люди хотят возвращаться на споты снова и снова.
«Конечно можно, уличные джемы и тренировки небольшой компанией единомышленников - это всегда именно тот вайб, к которому хочется возвращаться. За которым можно наблюдать даже не прыгая, но стремиться стать частью этого в будущем».
При этом Дмитрий убежден, что внутри паркур-сообщества работа уже ведется. Главные препятствия, по его мнению, находятся за его пределами — это развитие городской среды, доступность медиаплощадок и инфраструктуры, без которых популяризировать уличный паркур становится значительно сложнее.
«Тренды заданы. И проходит колоссальная работа внутри комьюнити каждый день. Я считаю, что сложно развиваться по внешним причинам, которые от нас не зависят. В России заблокирован Instagram* и YouTube, две главные международные медиаплатформы, Telegram как источник инфоресурсов и отсталое развитие соответствующих инфраструктур. И я даже не о спортивных площадках. Я в целом о нужде России создавать интересную урбанистическую среду. Сейчас векторы иные, но ничего, база всё же у русских городов есть, главное адаптировать её под наши движения».
Зелим смотрит на проблему значительно проще. По его мнению, никакие программы или проекты не заменят личного примера тех, кто когда-то сформировал культуру паркура. Именно опытные атлеты способны вновь заинтересовать молодежь уличными тренировками, просто продолжая выходить на споты и показывая своим примером, ради чего стоит заниматься паркуром.
«Старичкам показывать на своем примере».
Неожиданно завершает дискуссию Титов, который фактически отвергает саму идею необходимости возвращать людей на улицу. Он убежден, что искусственно влиять на этот процесс не нужно: тренировки должны проходить на специально оборудованных площадках, а выход на необорудованный городской спот всегда остается личным выбором и личной ответственностью каждого спортсмена.
«Не нужно на это влиять. Это вообще не нужно. Потому что, еще раз говорю, тренироваться надо на специально отведенных местах. Если ты пришел на уличный спот, тренируешься, снимаешь какую-то комбинацию — это уже частный интерес, частная инициатива. Тут нет никаких правил. Здесь ты уже сам, в силу своего воспитания и своих намерений, договариваешься с людьми, если возникает какая-то ситуация. Не надо прикрываться тем, что "я занимаюсь паркуром", "нас тут таких много", "прошу понять". Это неправильно. Когда ты маленький, ты этого не понимаешь. Но когда вырастаешь, начинаешь смотреть на это по-другому. Вот если я, например, выйду из подъезда и увижу, что у моей машины кто-то катается на доске, я отправлю его на специальную площадку. Это просто неприятно. Поэтому всё должно быть на своих местах. А вот это всё — плодиться, как тараканы, расползаться по уличным спотам, по каждому двору — нам не нужно. Это всё нам не нужно».
Где предпочитают тренироваться «старшие» ?
Если в вопросе о будущем уличного паркура мнения собеседников во многом совпали, то разговор о месте тренировок оказался значительно более многогранным. Никто из опрошенных не противопоставляет зал улице напрямую. Однако их представления о том, какую роль должны играть зал и улица в подготовке атлета, заметно различаются: для одних зал — лишь вспомогательный инструмент, для других — основная тренировочная база, а кто-то вовсе считает выбор исключительно вопросом удобства и сезона.
Скита признается, что выбор для него очевиден. Если позволяет сезон, большую часть времени он проводит именно на улице. Причем желание тренироваться в привычной среде не исчезает даже зимой.
Скита признается, что выбор для него очевиден. Если позволяет сезон, большую часть времени он проводит именно на улице. Причем желание тренироваться в привычной среде не исчезает даже зимой.
«Если сезон, то это улица в 90% случаев. Даже этой зимой прыгали в сугробы, как в старые добрые. Кстати это набрало миллионы просмотров, очередное доказательство интереса».
Однако Арчи убежден, что профессиональный подход требует отказаться от крайностей. По его мнению, улица остается конечной целью тренировок, но именно зал позволяет безопасно подготовить сложные элементы и снизить риск травм. Поэтому противопоставлять одно другому он не видит смысла.
«Я предпочитаю тренироваться 50 на 50. В зале можно комфортно размяться и попробовать какие-то вещи, которые будет в дальнейшем легко ментально сделать на улице. Всё, что я тренирую в зале, планирую переносить исключительно на улицу, поэтому у меня в обычном режиме выходит 50 на 50. Хотя я считаю, что профессиональный атлет должен тренироваться большую часть времени в зале, так как это более безопасно и там меньше ударной нагрузки».
С тем, что зал остается важной частью подготовки, соглашается и Зелимхан, однако, в отличие от Арчи, он не говорит о равнозначности двух форматов. Для него зал — исключительно место, где можно безопасно подготовить отдельные элементы. Если же речь заходит о самой практике паркура, выбор остается неизменным — улица.
«Я сейчас паркур совсем не практикую. Но если и делаю как-то прыжки, то только на улице. В зал я обращаюсь только с задачей «натренировать что-то конкретное, в безопасных условиях».
В спор между сторонниками улицы и комбинированного подхода вмешивается Бойко. Он считает, что во многом выбор диктует не философия спортсмена, а климат. В российских реалиях полноценный уличный сезон длится всего несколько месяцев, поэтому большинство атлетов неизбежно совмещают оба формата.
«В России практически во всех регионах уличный сезон короткий, 6-4 месяцев. Остальное время, конечно, прокачиваешься в залах, благо уровень зального оснащения сильно вырос. Раньше были только гимнастические залы, сейчас же практически везде какой-то паркур-парк да есть, и это очень здорово. Лично я осенью и зимой предпочитал отдавать себя фрирану (акробатике и трикингу), а с середины весны и до конца летнего сезона, естественно, прыгать на улице больше классический паркур. И пускай улица не так продуктивна, как зал, но там приятно находиться всегда, свежий воздух, солнце».
Наиболее прагматичную позицию опять занимает Титов, который фактически выводит разговор из плоскости спора «улица или зал». По его мнению, место тренировки определяется исключительно задачами спортсмена. Каждая площадка решает свои задачи, а противопоставлять их друг другу попросту бессмысленно.
«Я выбираю то, где удобнее. Конечно, в сезон гораздо удобнее тренироваться на улице: искать интересные места или приходить на уже подготовленные площадки. Например, я живу в Петербурге, и здесь такие есть. Их немного, но они есть: на Горьковской, Петроградской, Лесной и так далее. Это уже, в каком-то смысле, можно назвать своеобразными залами — просто сезонными. В зале фишка в том, что ты приходишь и спокойно тренируешь отдельные элементы в относительно безопасных условиях, учишься чему-то новому. Я, например, уже очень давно перестал этим заниматься — мне это просто неинтересно. Сейчас я скорее отрабатываю старую базу. При этом зал для меня — это возможность сделать исключительно ОФП, различные упражнения и так далее. В прайме мои тренировки выглядели так: один-два раза в неделю я прыгал, а всё остальное время качался. Поэтому прыгать каждый день абсолютно не нужно. Это уже не совсем про спорт, а скорее про какую-то одержимость».
Разговор о судьбе уличного паркура неожиданно не разделил собеседников на два противоборствующих лагеря. Никто из опрошенных не заявил, что дисциплина умирает. Однако причины, по которым улица изменилась за последние годы, каждый объясняет по-своему. Одни видят естественную эволюцию сообщества, другие — последствия развития спортивной инфраструктуры, а третьи и вовсе предлагают отказаться от привычного противопоставления улицы и зала.
И тут уже все становится очевидно: вопрос сегодня стоит уже не в том, жив ли уличный паркур. Разногласия возникают в другом — каким должен быть его путь дальше. Для одних улица остается сердцем дисциплины, без которого паркур теряет свою сущность. Для других главным стало развитие спорта, где безопасность, инфраструктура и системная подготовка важнее романтики городских спотов. Некоторые и вовсе не видят противоречия между этими подходами, считая, что зал и улица лишь разные этапы становления спортсмена.
Но, несмотря на столь разные взгляды, все собеседники сходятся в одном: паркур продолжает развиваться. Меняются поколения, тренировочные подходы, ажиотаж в городах и даже сама инфраструктура, однако неизменным остается главное — желание двигаться и преодолевать себя. А значит, вопрос, вынесенный нами, каждый читатель может решить для себя самостоятельно. Запятую в фразе «Забыть нельзя восстановить» по-прежнему ставит само сообщество.
И тут уже все становится очевидно: вопрос сегодня стоит уже не в том, жив ли уличный паркур. Разногласия возникают в другом — каким должен быть его путь дальше. Для одних улица остается сердцем дисциплины, без которого паркур теряет свою сущность. Для других главным стало развитие спорта, где безопасность, инфраструктура и системная подготовка важнее романтики городских спотов. Некоторые и вовсе не видят противоречия между этими подходами, считая, что зал и улица лишь разные этапы становления спортсмена.
Но, несмотря на столь разные взгляды, все собеседники сходятся в одном: паркур продолжает развиваться. Меняются поколения, тренировочные подходы, ажиотаж в городах и даже сама инфраструктура, однако неизменным остается главное — желание двигаться и преодолевать себя. А значит, вопрос, вынесенный нами, каждый читатель может решить для себя самостоятельно. Запятую в фразе «Забыть нельзя восстановить» по-прежнему ставит само сообщество.
Автор: медиа КУЛЬТУРА ПАРКУРА
* Деятельность Meta (соцсети Facebook и Instagram) запрещена в России как экстремистская
