«Не могу ничего сказать по поводу русского паркура, буду говорить в основном про интернациональный. В Европе и в Америке сейчас, наоборот, люди стремятся больше тренироваться на улице и снимать не просто видео в Instagram*, а какие-то видеопроекты для YouTube, потому что все очень сильно устали от «фастфуда» в паркуре. В Японии же, наоборот, так как большая часть атлетов тренируется ради того, чтобы участвовать в соревнованиях, они тренируются исключительно в залах и очень редко выходят на улицу — только, возможно, те, кому интересно снять видео в Instagram* или какие-то другие соцсети».
«Улицы Москвы полны тренирующихся. Паркур блогеры снимают контент на ежедневной основе. Мы проводим батлы большими компаниями, тусовки друзей и опытных атлетов собираются на спотах для того, чтобы опробовать челленджи прошлых поколений. Живее всех живых».
«Уличный паркур жив. До сих пор у про-атлетов есть понимание "в зале не считается". Даже алгоритмы Instagram* хуже воспринимают контент из зала. Другой вопрос, что улица не успевает эволюционировать за новыми трендами паркура. Мало комплексных спотов, каскадов бетонных конструкций или крепких железных элементов, труб и перекладин. Сплошь алюминий и жестяные консервные новостройки без урбанистических изысков. Особняком держится Москва, там всё прекрасно и с уличными площадками, и с интересными спотами. В провинции, конечно, приходится довольствоваться советской увядшей архитектурой. Но часто её не хватает для построения сложных РАНов и длинных связок».
«Уличный паркур и есть основа всего, ради чего мы тренируемся. Сейчас все тренируются в залах, потому что это безопасно, и я считаю, что это правильно. Ведь чем меньше травм соберешь, тем лучше для твоего здоровья».
«"Уличный паркур" сам по себе — это тавтология, как "масло масляное". Лично я отношусь к паркуру исключительно как к спортивной дисциплине. Никакой философии, культуры и всего остального. Это всё, на мой взгляд, давно уже мертво и, по большому счёту, никому не нужно. А вот как спортивная дисциплина паркур точно не мёртв. Он живёт до тех пор, пока люди практикуют его, тренируются, обучаются, снимают про него видео, публикуют их, проводят соревнования и другие мероприятия».
«Школы по-разному преподают, это вообще нельзя обобщать. Есть те, которые тренируются на улице, но делают это совершенно по-другому. Вот, например, томские ребята тренируются на площадках, которые построили самостоятельно. Они за ними ухаживают, и там вообще отдельная экосистема, свое поколение со своими правилами и законами. Ты приходишь, переступаешь этот порог и чувствуешь огромное уважение к этому месту, потому что там реально растят новое поколение ребят, которые тренируются и живут прыжками, спортом, всей этой инфраструктурой. А есть ребята, которые тренируются на улице как бомжи: приходят с группами на споты, начинают "крутить руки", шуметь, перегораживать проходы, мешать людям. Это всё не нужно. Причем это в столице, это школы, которые уже давно существуют, и, на мой взгляд, они занимаются абсолютно ненужными вещами. Под эти ненужные вещи как раз попадают такие понятия, как "чувство города под ногами". Если мы говорим про спорт, то всё это не нужно. Это просто чушь, которой только голову забивают, и всё. Тренируйтесь в специально отведенных местах, где есть резиновая крошка, ограждение, где всё сделано специально для вас. Добивайтесь того, чтобы таких мест становилось больше. Всё остальное — чушь. В школах тренируются все для разных вещей. Кто-то, чтобы соревноваться, кто-то — чтобы просто развлечься. И, к сожалению, сегодня тех, кто просто развлекается, довольно много. Сейчас очень толерантно, даже либерально относятся к прыжкам без какой-либо цели: типа «я прыгаю, потому что мне по кайфу». Таких людей много. Истинной цели нет — это просто тупое времяпрепровождение, на мой взгляд. У всего должна быть определенная цель. Но, к сожалению, большинство паркур-школ и тренеров не могут эту цель поставить и не могут предложить ее ученикам. Это плохо. Я и сам закончил преподавать в некоторых местах именно потому, что разошелся во взглядах с преподавателями».
«Юные ребята из залов так или иначе видят цель в том, чтобы опробовать свои силы на спотах и то, что они щепетильно готовятся к этому под надзором сильных ребят и в комфортных условиях - только плюс».
«Думаю, коммерческие школы создали условия, в которых минимален факт травм. И это хорошо. Ведь паркур — он не для всех. Те, кто захотят выйти и применить свои навыки, благодаря школам смогут это сделать максимально безопасно. И сам по себе в паркуре ты не можешь быть домашним растением — тебе приходится себя преодолевать, независимо от того, зал это или улица».
«Дети в паркур-школах сейчас занимают с совсем раннего возраста. Мы в их годы даже и не думали о паркуре. Я начал в 14 лет, в паркур-школах начинают тренировать детей с 7 лет. Пускай адаптируются, пускай влюбятся в паркур сами. Когда тебя родители отдали в секцию, это далеко не гарантия химии с дисциплиной, конверсия очень радикальна. 1% станет теми паркурщиками, что были мы, но это же не плохо. В паркур-школах 1000 человек. В конечном итоге они приедут на соревнования, где твердый пол и жесткие конструкции, а где-то и вовсе асфальт и буквально улица. Они поймут, что им нужно развиваться и вне зала, просто нужно время. Хотя я считаю, оно уже пришло. Сейчас куча молодых воспитанников тренят на улице самостоятельно. Так же обретают кумиров, подражают и болеют паркуром. В них это воспитали паркур-школы в том числе».
«Я думаю, что каждый экшен-спорт через это проходит, когда становится более популярным. Всё больше и больше будет появляться людей, которые занимаются паркуром просто как секцией и вообще не будут думать о существовании какой-то культуры в этом спорте. Так как аудитория с каждым годом растёт, соответственно, из 100 детей, которые начнут заниматься паркуром, возможно, только 10 заинтересуются комьюнити».
«Да, чувствую разницу в отношении к паркуру. И это хорошо. Они воспринимают паркур именно как спорт. Я вижу много таких примеров. Можно взять Томск, Красноярск. Там ребята, конечно, тоже много самодеятельностью занимаются, но в Томске, на мой взгляд, самые классные примеры. Арсений Чесноков, если чуть раньше копнуть — Даниил Бунин, Миша Бабурин. Это ребята, которых я помню и более-менее знаю. Наверняка есть и более молодые, о которых я могу не знать. Сейчас ребята на "Паркур-лиге" показывают очень хороший уровень. То есть, вот, пожалуйста, перспективы, инфраструктура — всё это развивается. Именно в это и нужно вкладывать ресурсы. А все эти джемы для прикола, для кайфа, для удовольствия, наверное, уже стоит оставить старичкам — вместо бара, чтобы они пересекались, общались, о чем-то разговаривали. Это все должно оставаться в прошлом. Сегодня, мне кажется, стране нужны сверхлюди с характером. И именно спорт этот характер и дает. А все эти истории про «прыгать просто по кайфу, в удовольствие» не дают ничего. Так что всё, что касается субкультуры, как раз спортивные мероприятия и формируют ее более прочный облик».
«Если честно, для меня устарело понятие субкультуры в паркуре — это что-то очень старое. Как ни крути, это спорт, к которому нужно подходить максимально обдуманно, так как нагрузка на тело очень высокая из-за ударной нагрузки, также и риск травмироваться очень высок. Соответственно, ты должен максимально позиционировать себя как спортсмен, следить за своим здоровьем — как физическим, так и ментальным. Также нельзя забывать про комьюнити, потому что это то, что объединяет нас и даёт силы не забрасывать наше любимое дело и продолжать тренироваться. Ведь тренировки в компании с друзьями или участие в каком-то джеме — это самое лучшее».
«Не чувствую разницы поколений в восприятии. С ребятами нужно работать и давать почувствовать нужную атмосферу, а не просто отрабатывать часы без особого желания поделиться личным опытом и тем, что затянуло к этому когда-то самого».
«Если говорить о тысячах детей, которые ещё в переходной фазе, то, конечно, для них это «мама привела в секцию, а я хотел Roblox, но для тех, кому открылось таинство паркура, ничего не поменялось. Улица, широчи, споты, города, кумиры, соревы, медали, слезы и, конечно, беззаботное детство».